Налоговый комитет пересчитал задним числом деньги, которые сам выплатил в качестве возврата НДС. И начал требовать от бизнеса вернуть часть уже полученных денег. О ситуации Spot рассказал один из предпринимателей из сферы общепита в Ташкенте — по его словам, проблема носит системный характер и затронула ряд крупных компаний из ресторанного бизнеса и туризма.
По его словам, деньги, которые государственная система сама автоматически рассчитала и перечислила компаниям, теперь признали излишне возвращенными и стали взыскивать как задолженность.
Речь идет о механизме возврата части НДС, который заработал с 1 октября 2024 года по постановлению Кабинета министров — для туроператоров, гостиниц, общепита и медучреждений. Расчет и перечисление денег происходили полностью автоматически — специальная программа Налогового комитета сама определяла сумму на основе счетов-фактур и чеков, а предприниматель просто получал деньги на счет.
В 2026 году налоговики скорректировали программу — и она «задним числом» показала, что часть выплаченных в 2025 году сумм превышает то, что положено бизнесу с учетом рейтинга. Эти суммы признали задолженностью и начали взыскивать — в том числе через принудительное списание с расчетных счетов компаний, несмотря на возражения предпринимателей.
Что произошло, кто должен нести ответственность и что в этой ситуации делать бизнесу — Spot обсудил с экспертами.
налоговый консультант с 25-летним стажем работы в налоговой службе, бизнес-тренер по налогам и бухучету.
Возврат части уплаченного НДС заработал с октября 2024 года после того как в августе, по традиции, президент встречался с бизнес-сообществом. Тогда было такое предложение — возвращать НДС из бюджета предприятиям. Поначалу направленность была только на общепит, гостиницы, туроператоров, потом добавили медицинские учреждения, сейчас — животноводческие. То есть постановление, кешбэком возвращает уплаченную сумму НДС при соответствии критериям. Критерии сразу были оговорены: чтобы предприятие было профильным и чтобы ежемесячно рассчитывало свой оборот.
И если безналичная часть товарооборота превышала определенный процент — 60% и выше, — возвращалось 40%, если менее 60% — 20%. Именно 20% от уплаченного в бюджет НДС — для туроператоров и медицинских учреждений.
С 2024 года процедура работала. Налоговики настроили программу, которая рассчитывала показатели ежемесячно, исходя из отправленных счетов-фактур и чеков контрольно-кассовых аппаратов, — там видно, сколько налички, сколько безналичных оборотов, в соответствии с этими критериями. Система заработала.
А дальше что произошло? У нас есть постановление президента от 24 мая 2024 года — документ более высокой юридической силы — в котором закреплен порядок внедрения субсидий, налоговых и таможенных льгот и преференций. Слово «преференция» — это как раз про возврат НДС из бюджета, потому что это не льгота, а именно преференция. И там закреплено, что преференции предоставляются с учетом рейтинга предприятия.
Это очень важный момент, потому что решение о возврате кешбэка — это как раз решение налогового органа, вынесенное с учетом рейтинга: предприятие обращается с заявлением, и налоговый орган выносит решение о возврате суммы. То есть налоговый орган как контролирующий, фискальный орган должен исполнять оба нормативно-правовых акта — и постановление президента, и постановление Кабмина. Они должны соответствовать друг другу.
Приведу пример: возьмем два предприятия общепита с одинаковыми критериями возврата — обоим по ПКМ положено вернуть 40% уплаченной суммы. Но если одно относится к категории «В», а другое — к «ВВ», то положенную сумму нужно умножить на 50% для категории «В» и на 60% — для «ВВ». Эта норма должна была заработать еще в 2025 году, но фактически возврат по кешбэку начали применять с 1 января 2025 года без учета рейтинга — просто потому, что программу под постановление президента в тот момент не переписали. А в документе есть еще нюанс: для предприятий 4-й и 5-й категорий преференция предоставляется без учета рейтинга, а если рейтинг снижается — в течение трех месяцев еще применяется прежний показатель, если повышается — новый действует со следующего месяца.
То есть налоговикам нужно было изначально написать программу с учетом постановления президента. В 2025 году они этого не сделали, а сделали уже в 2026-м — подправили программу и привели возврат кешбэка в соответствие с обоими нормативно-правовыми актами. Когда программу исправили, видимо, кого-то и наказали — дисциплинарно или как-то еще. Потому что это действительно была ошибка программного обеспечения. И когда программу подправили, она «подсветила», что в 2025 году возврат считали неправильно — без учета фактора рейтинга.
Чья это ошибка? Конечно, налоговиков — то, что из бюджета вернули больше, чем положено, это ошибка и программы, и самих налоговых органов. Не будем сейчас разбирать, халатность это или что-то еще. Но если смотреть со стороны бизнеса: субъект предпринимательства просто обратился с заявлением, никаких сумм сам не считал — программа сама вернула ему эту сумму, потому что была так настроена. Сейчас программу перестроили, и она говорит: «Ой, оказывается, я вернула из бюджета больше, чем положено».
Хотя, если смотреть с экономической точки зрения, я скорее на стороне государства: несмотря на всю цифровизацию и программы, деньги предприятия получили на расчетный счет живыми. Мне кажется, бизнесу просто не хватило понимания, почему так произошло: им написали «у вас такой-то рейтинг», а откуда предпринимателю знать, какой у него был рейтинг на тот момент?
Что в этом случае можно посоветовать налогоплательщикам? Учитывая, что эти суммы действительно были получены из бюджета и налоговый орган их вернул сам, — здесь нужно, как говорится, понять налоговиков и простить. Если бы я была на месте налоговиков, я бы честно сказала: уважаемые налогоплательщики, так получилось, что мы не настроили правильные алгоритмы программы, поэтому вы получили больше, чем положено. Такие письма бизнесу приходили, но в них не было признания, что ошиблись именно налоговики. Мне кажется, это очень важный момент — чтобы налоговый орган признал свою ошибку и сказал: вы эти деньги получили, поэтому просим вас добровольно вернуть сумму — да, мы ошиблись, но деньги были в вашем обороте.
Дальше, если кто-то не вернул добровольно, налоговики поступили так, как поступили — сначала прислали уведомление, а когда увидели, что никто не платит, списали деньги инкассо.
Какой еще совет можно дать налогоплательщикам? За списанные деньги — которые изначально сама программа посчитала и выдала — можно попробовать обратиться в суд, оспорить эти действия. Согласно статье 231 Налогового кодекса, у нас есть право подать иск на действия налоговых органов: программа сама посчитала и вернула сумму, а теперь ее списали инкассо — эти действия можно оспаривать как неправомерные. Если суд решит, что в данном случае виноваты сами налоговые органы и их действия были неправомерными, — он обяжет налоговый орган вернуть списанные средства.
Но есть и другой сценарий — когда у предприятия уже нет денег: например, оно в процессе ликвидации. Такие компании не рассчитывали, что окажутся должниками, и здесь, конечно, будут проблемы. Тут прямо усматривается халатное отношение со стороны государственного органа к собственной методологии.
Рекомендация тут одна — свести постановление президента и постановление Кабмина в единый документ, чтобы, открывая один документ, сразу видеть привязку к рейтингу и не было противоречий между актами. Хотя формально это и не проблема: когда есть разночтение между двумя нормативно-правовыми актами, применяется тот, что обладает более высокой юридической силой — в данном случае это постановление президента с привязкой к рейтингу.
Боюсь, что именно этим аргументом суды и будут руководствоваться: деньги вы получили, но есть более высокий по значимости акт, и сумму нужно вернуть в бюджет.
экономист.
Я уже несколько лет пытаюсь обратить внимание наших властей на, на мой взгляд, главную на сегодня проблему налоговой системы Узбекистана: разрыв в налоговой нагрузке между общим и упрощенным режимами налогообложения. Именно этот разрыв — основной фактор, который заставляет предприятия скрывать выручку и дробиться. И предлагаю два механизма решения этой проблемы: переход на дифференцированные ставки НДС (практика, применяемая во многих странах) и замена налогов на прибыль и дивиденды на налог на распределяемую прибыль (взимаемый только с дивидендов).
Но Узбекистан, как известно, всегда выбирает свой уникальный путь развития, тем более если это касается налогов — тут мы изобретательны как никто. Поэтому наши финансовые власти предпочли дифференцированным ставкам НДС кешбэки по НДС. Почему они в глазах наших финансистов лучше дифференцированных ставок? Теперь все прояснилось. Дифференцированные ставки не зависят от воли конкретных чиновников.
А кешбэки при желании можно назвать льготой, которую легко отменить, забрать назад, в которой можно легко отказать, сославшись на запутанность нормативной базы, и за которую можно привлечь к ответственности льготополучателя под предлогом «нецелевого использования», «неправомерного получения» и прочего.
И вот, как говорится, «никогда такого не было, и опять»…
В соответствии с постановлением Кабмина должен был осуществляться возврат части НДС. Соответствующие «юридические лица» обрадовались, в очередной раз поверили в то, что государство так замечательно заботится о бизнесе. Честно заплатили НДС и выполнили прочие условия для получения кешбэка. Подали заявление в налоговые органы. Органы приняли заявление, сами рассчитали причитающийся размер возврата НДС, сами перечислили деньги. «Юридические лица» счастливы и благодарят «партию и правительство» за щедрость и доброту.
А дальше — продолжение. Приходят к «юридическим лицам» «письма счастья», в которых утверждается, что кешбэк — это льгота. А для льгот у нас есть другие нормативные акты, в которых говорится, что льготы должны предоставляться с учетом места юридического лица в «рейтинге устойчивости хозяйствующих субъектов».
И что же вы, юридические лица, такие нехорошие, подали заявку на возврат НДС и при этом скрыли свое место в этом самом рейтинге? Нехорошо государство обманывать. Мы теперь с учетом рейтинга посчитали, сколько мы вам переплатили. Будьте добры, возвращайте, а переплаченное теперь считается вашей налоговой задолженностью. Ну, а если что-то не нравится — обращайтесь в суд. Прямо фирменный стиль ГНК. Не они через суд решают вопросы, а вы обращаетесь на них в «наш самый справедливый и гуманный суд» — суд разберется.
«Юридические лица», конечно, в недоумении. Во-первых, в указанном выше постановлении ни о каком рейтинге и необходимости его учитывать ничего не говорится. И с чего вдруг кешбэк по НДС должен попадать под нормативную базу, связанную с рейтингом, непонятно — никаких ссылок на законодательство не предоставлено.
Во-вторых, как надо было учитывать положение предприятия в рейтинге, которое постоянно меняется, если у компании нет возможности отследить свое место в рейтинге на конкретную дату? Известно только текущее состояние. Непонятно. В-третьих, размеры кешбэка считал сам Налоговый комитет, а не компания. В чем тогда претензии к компании?
Но такого рода недоумения никого не интересуют. Вам же написали: не нравится — обращайтесь в суд.
Короче говоря, вместо того чтобы сокращать государственные расходы и налоговую нагрузку на экономику, чиновники с невероятным упорством ищут все новые и новые источники пополнения государственного бюджета. А в последнее время уже просто фонтанируют новыми идеями на этот счет.
