30 июля на фискальном диалоге Институт сокращения доли теневой экономики, совершенствования налогового и таможенного администрирования и фискального анализа при Министерстве экономики и финансов предложил ввести налог в 5% на процентные доходы по банковским депозитам физических лиц. По оценкам института, это может принести государственному бюджету около 1,4 трлн сумов дополнительных поступлений.
Инициатива вызвала широкую дискуссию среди экономистов, представителей финансового сектора и обычных граждан. Хотя большинство экспертов не считают саму идею налогообложения депозитов чем-то новым для мировой практики, они сходятся во мнении, что обсуждать такую меру в нынешних условиях преждевременно. По их мнению, в представленном виде она может затронуть не только доходность вкладов, но и ресурсную базу банков, стоимость кредитов, процесс дедолларизации и доверие населения к финансовой системе.
После того как предложение вызвало общественный резонанс, с официальными заявлениями выступили Центральный банк и Институт сокращения доли теневой экономики и фискального анализа.
Обе организации подчеркнули, что речь идет исключительно о результатах научно-аналитического исследования института, представленного для профессионального обсуждения. Предложение не имеет официальной законодательной инициативы, а любые изменения в Налоговый кодекс могут быть приняты только после прохождения установленной законодательством процедуры с участием госорганов, экспертного сообщества и общественности.
Как пояснили Spot в юридической фирме TRIA Lega l, речь идет не о законопроекте и не об официальной законодательной инициативе, а о результатах научно-аналитического исследования института. С юридической точки зрения это предложение пока не имеет никаких правовых последствий, поэтому сейчас идея не создает никаких обязанностей ни для банков, ни для вкладчиков.
В ЦБ также отметили, что научные учреждения регулярно изучают международный опыт и предлагают различные варианты развития налоговой и экономической политики. При этом сам регулятор намерен оценивать подобные инициативы прежде всего с точки зрения их влияния на стоимость финансовых ресурсов, ресурсную базу банков и финансовую стабильность страны.
Spot собрал основные аргументы сторон и разобрался, к каким последствиям может привести такая мера, если она будет реализована.
Вклады могут стать менее привлекательными, а кредиты — дороже
Одним из главных возражений экономистов к предложению стало то, что расчеты ожидаемого эффекта не учитывают, как изменится поведение самих вкладчиков и банков.
В своем Telegram-канале Mirkonomika экономист Миркомил Холбоев обращает внимание, что налог в 5% означает не только дополнительные доходы бюджета, но и снижение фактической доходности депозитов. Сегодня средняя ставка по сумовым вкладам составляет около 19,2% годовых. После удержания налога она снизится примерно до 18,2%. Для части вкладчиков даже такое уменьшение доходности может стать поводом искать альтернативные способы вложения средств — например, в недвижимость.
Холбоев отмечает, что в результате темпы роста депозитов могут замедлиться, а при определенном сценарии нельзя исключать и отток части вкладов. Это значит, что прогнозируемые 1,4 трлн сумов налоговых поступлений могут оказаться значительно ниже ожидаемых, поскольку расчеты исходят из предположения, что объем депозитов останется неизменным.
«Если вкладчики чувствительны к снижению доходности, это может привести к оттоку средств из банковской системы или, по крайней мере, к замедлению роста депозитов. В результате реальные налоговые поступления могут оказаться ниже ожидаемых», — отметил эксперт.
Похожего мнения придерживается и экономист Ботир Кобилов. В своем блоге он отметил, что опубликованный расчет представляет собой статичную модель: общий объем вкладов умножается на среднюю процентную ставку и на размер предлагаемого налога. Однако экономика не работает по таким простым формулам.
Эксперт написал, что после введения нового налога часть клиентов может отказаться от продления депозитов, новые накопления могут перейти в иностранную валюту или другие активы, а банкам, чтобы сохранить вкладчиков, придется повышать процентные ставки. Это, в свою очередь, приведет к росту стоимости кредитов для бизнеса, ипотечных и гражданских займов. Поэтому ожидаемые 1,4 трлн сумов нельзя воспринимать как гарантированный дополнительный доход — это лишь бухгалтерский расчет.
Эту мысль развивает и Кобилов, говоря о денежно-кредитной политике. По его словам, сегодня Центральный банк сознательно поддерживает относительно высокие процентные ставки, чтобы сделать банковские депозиты привлекательнее и стимулировать население хранить деньги в банках, а не тратить их. Если же одновременно государство начнет снижать чистую доходность вкладов через налог, эти две политики начнут противоречить друг другу.
В итоге косвенно последствия нового налога могут почувствовать даже те, кто никогда не открывал банковский вклад.
Похожего мнения и советник председателя Наблюдательного совета АКБ Универсалбанк Улугбек Таваккалов. По его словам, государство сегодня, напротив, заинтересовано в том, чтобы повышать привлекательность банковских вкладов и снижать интерес населения к хранению наличных денег или неформальным способам инвестирования.
«Депозиты физических лиц сегодня формируют около 38% всей ресурсной базы банков — фактически 4 из каждых 10 сумов принадлежат физлицам. За последние 10 лет ресурсная база банков выросла почти в 18 раз — примерно с 8 млрд до 160,4 трлн сумов. Такой рост стал возможен благодаря либерализации валютного законодательства в 2017 году, развитию онлайн-банкинга, постепенному переходу к безналичным расчетам, стабилизации курса национальной валюты, росту доверия к банковской системе и действующим налоговым льготам для вкладов» — прокомментировал он для Spot.
По мнению Таваккалова, даже если введение налога не приведет к массовому закрытию депозитов, оно может замедлить рост ресурсной базы банков и подтолкнуть часть крупных вкладчиков к поиску альтернативных инструментов сбережения. В результате стоимость фондирования банков возрастет, а кредитные ставки могут увеличиться примерно на 2−3 процентных пункта.
Как пояснили Spot в юридической фирме TRIA Legal, государство не вводит новый налог, а отменяет льготу. Однако для этого необходимо внести изменения в законодательство — одного решения министерства или другого ведомства недостаточно.
Сумовые вклады могут пострадать сильнее валютных
Еще один аргумент, который повторяется сразу у нескольких экспертов, касается различий между сумовыми и валютными депозитами. По их мнению, единая ставка налога будет по-разному влиять на вклады в национальной и иностранной валюте, что может замедлить проводимую регулятором политику дедолларизации.
Миркомил Холбоев написал в своем блоге, что если по вкладам в национальной валюте эффективная доходность уменьшится почти на один процентный пункт, то по валютным депозитам — всего примерно на 0,22 процентного пункта. В результате валютные вклады могут стать привлекательнее.
«В последние годы именно более высокая доходность сумовых депозитов способствовала снижению уровня долларизации экономики. Так, в марте текущего года доля валютных депозитов в общем объеме вкладов физлиц составляла 20,8%. Для сравнения: в начале 2020 года этот показатель достигал 32,5%. Конечно, нынешняя модель налогообложения вряд ли вызовет резкий рост валютных депозитов, однако она вполне может замедлить темпы снижения уровня долларизации», — прокомментировал Холбоев.
Ботир Кобилов рассматривает эту часть предложения шире. По его словам, высокие ставки по сумовым депозитам не являются «подарком» для вкладчиков — они компенсируют риски, связанные с инфляцией и возможными колебаниями курса национальной валюты.
«Храня деньги в сумах, человек берет на себя риски инфляции и изменения валютного курса, а высокий процент является компенсацией за этот риск. Если государство обложит налогом и часть этой компенсации, привлекательность хранения сбережений в сумах снизится. Люди могут не забрать все свои деньги из банка сразу, но они могут начать направлять новые сбережения в доллары, золото, наличные или другие неформальные активы. Даже небольшая разница в процентах в период сильных опасений по поводу валютного курса оказывает существенное влияние на решения людей» — написал экономист в своем блоге.
Экономист приводит пример: если процентная ставка по депозиту составляет 16% годовых, а инфляция находится на уровне 6−7%, то реальный доход вкладчика составляет примерно 9%. Остальная часть процентов лишь компенсирует снижение покупательной способности денег. Однако налог предлагается рассчитывать со всей суммы начисленных процентов, а не только с реального дохода. С ростом инфляции эта проблема станет еще заметнее. Например, если она приблизится к 15%, депозит под 16% практически перестанет приносить реальный доход, однако налог все равно будет удерживаться в полном объеме.
Не менее серьезными, считает экономист, могут оказаться и психологические последствия самой инициативы. Если специалисты способны оценить, что фактическое снижение доходности окажется относительно небольшим, то большинство вкладчиков воспримут ситуацию гораздо эмоциональнее.
«Экономисты, банкиры и налоговики, сделав расчеты, могут прийти к выводу, что 16% снизились до 15,2% и это не такая уж большая проблема.Однако рядовой вкладчик воспримет эту новость иначе и скажет: «Государство начало облагать налогом наши деньги в банке». Особенно высока вероятность, что в социальных сетях эта новость распространится в искаженном виде, например: «со вкладов будут удерживать 5%» — отмечает Ботир Кобилов.
Экономист подчеркивает, что доверие к финансовой системе формируется годами, однако потерять его можно значительно быстрее.
Эту мысль частично подтверждает и Улугбек Таваккалов. В разговоре со Spot он отметил, что сейчас банковские вклады остаются одним из самых надежных и понятных инструментов сохранения сбережений. Поэтому особенно важно избежать неверного восприятия инициативы.
Главное заблуждение в том, что многие воспринимают возможный налог как снижение процентной ставки сразу на пять процентных пунктов или даже как удержание 5% от суммы самого вклада.
В своем блоге Юлий Юсупов также призывает оставаться «без паники». Он отмечает, что если ставка по сумовому депозиту составляет 20% годовых, то после введения налога фактическая доходность снизится примерно до 19%, а по валютному депозиту со ставкой 7% — до 6,65%. По его мнению, такое снижение нельзя назвать критическим, особенно если учитывать, что за последние два года максимальные ставки по сумовым депозитам и без того снизились примерно с 27% до 23%.
Как эксперты предлагают изменить модель
Несмотря на критику инициативы, эксперты не считают, что сама идея налогообложения процентных доходов по депозитам является чем-то необычным. Подобная практика существует во многих странах, однако в Узбекистане обсуждать ее необходимо значительно шире, чем просто введение ставки в 5%.
Миркомил Холбоев обращает внимание, что в представленном обосновании практически не раскрыт международный опыт. Между тем в разных странах при налогообложении депозитов учитываются не только размер ставки, но и множество других факторов: валюта вклада, его срок, местонахождение банка, а также наличие необлагаемого минимума по процентным доходам.
В качестве примера экономист приводит Азербайджан. Хотя в презентации института эта страна упоминалась как одна из тех, где проценты по депозитам облагаются налогом, не было отмечено, что долгосрочные вклады в национальной валюте там освобождены от налогообложенияя. По мнению Холбоева, обсуждать стоит не размер ставки, а саму конструкцию налога.
«В целом налогообложение доходов по депозитам возможно. Однако, на мой взгляд, реализовывать его в предлагаемом сейчас виде — не самый эффективный подход. При разработке такой реформы необходимо учитывать ее влияние на банковскую систему и будущую динамику депозитов. Не исключено, что на данном этапе введение такого налога вообще преждевременно. При нынешней конструкции налоговой системы потенциальный ущерб от налогообложения депозитов может превысить ожидаемую выгоду», — прокомментировал экономист.
С этим подходом согласен и Улугбек Таваккалов. Он отмечает, что если подобная инициатива когда-либо будет обсуждаться всерьез, она должна предусматривать механизмы защиты большинства вкладчиков.
Вместе с тем экономист Бехзод Хошимов считает, что дискуссия о налоге на депозиты затрагивает гораздо более фундаментальный вопрос. По его мнению, проблема заключается не столько в размере налоговых ставок, сколько в принципах построения самой налоговой системы.
«Мы взимаем налог не с урожая, а с семян — не в конце цепочки, а в ее начале. Иными словами, мы наказываем инвестиции и одновременно стимулируем потребление. Хотя логика должна быть обратной: налог следует взимать с чистого дохода, а в идеале — с потребления»
В качестве примера он приводит действующий порядок налогообложения прибыли предприятий. Хотя налог формально рассчитывается с чистой прибыли, капитальные вложения — покупка оборудования, строительство новых производственных мощностей или расширение бизнеса — нельзя полностью учесть в расходах сразу. Они списываются постепенно через амортизацию, из-за чего инвестиции фактически оказываются под дополнительной налоговой нагрузкой.
Аналогичная ситуация, по словам Хошимова, складывается и у физических лиц. Например, при сдаче квартиры в аренду налог уплачивается с полученного дохода, однако расходы на ремонт, мебель или содержание жилья не уменьшают налогооблагаемую базу, хотя по сути являются инвестициями в актив, который в дальнейшем приносит доход.
По мнению экономиста, именно такой подход снижает стимулы к инвестициям. Поэтому налоговая реформа, считает он, должна быть направлена не столько на изменение ставок, сколько на пересмотр самой налоговой базы.
Пока речь идет только об экспертной инициативе
По словам Таваккалова, тема налогообложения процентных доходов по банковским депозитам обсуждается уже более 20 лет. При этом государство долгое время не вводило такой налог, поскольку было заинтересовано в развитии официальной экономики и привлечении средств населения в банковскую систему.
Отвечая на вопрос о том, как подобный налог мог бы работать в случае его принятия, Таваккалов предполагает, что наиболее вероятно он распространялся бы как на новые, так и на уже действующие депозиты. Такой подход позволил бы избежать искусственного перевода новых средств на ранее открытые счета, многие из которых предусматривают возможность пополнения. Само удержание налога, вероятнее всего, происходило бы автоматически банком в момент выплаты процентного дохода.
В своем Telegram-канале Юлий Юсупов призывает не воспринимать обсуждение как уже принятое решение.
«Сразу остужу горячие головы: не надо паниковать…Это только предложение, а не какой-то уже согласованный проект нормативного акта. И вероятность принятия данной идеи не так уж велика, по крайней мере ЦБ будет точно против», — отметил Юсупов.
Главным поводом для беспокойства Юсупов считает не сам налог на депозиты, а общую тенденцию последних лет. По его мнению, финансовые органы все чаще предлагают инициативы, направленные на увеличение налоговой нагрузки, тогда как значительно меньше внимания уделяется сокращению государственных расходов и улучшению делового климата.
Экономист считает, что устойчивое сокращение теневой экономики достигается не только усилением фискального администрирования, но и созданием условий, при которых гражданам и бизнесу выгодно работать открыто. В противном случае новые источники доходов бюджета могут со временем начать сдерживать экономическую активность и инвестиции.
Даже если инициатива в будущем получит поддержку, реализовать ее быстро не получится. Как отмечают в TRIA Legal, сейчас процентные доходы по банковским вкладам физических лиц освобождены от налога. Поэтому юридически речь идет не столько о введении нового налога, сколько об отмене или изменении действующей налоговой льготы через поправки в Налоговый кодекс.
Для этого потребуется подготовить официальный законопроект, провести его общественное обсуждение, необходимые правовые экспертизы, после чего документ должны рассмотреть обе палаты Олий Мажлиса, подписать президент и официально опубликовать. Кроме того, поскольку речь идет об отмене налоговой льготы, такие изменения, как правило, могут вступить в силу не раньше чем через три месяца после опубликования закона.
«Сейчас срочных действий предпринимать не нужно. Нет ни официального законопроекта, ни принятого закона, ни даже опубликованных переходных правил. Закрывать вклад досрочно или открывать новый только в надежде „успеть до налога“ пока не имеет практического смысла. Вклад, открытый сегодня, не обязательно будет освобожден от возможного налога в будущем — все будет зависеть от текста закона», — прокомментировали представители юрфирмы.
