Более 80 государственных активов, которые годами не находили покупателей, выставили на торги со стартовой ценой в 1 млн сумов в рамках маркетинговой кампании. Об этом директор Агентства по управлению государственными активами Сохибжон Муродов рассказал в интервью Daryo.
По его словам, эти объекты продавались на протяжении 5−6 лет, однако не находили покупателей даже после применения механизмов снижения начальной стоимости. После принятия указа президента от 28 августа АУГА решило применить другой подход и выставить более 80 активов по условной цене в 1 млн сумов в качестве своеобразной маркетинговой кампании.
«Но в маркетинге есть свои законы по привлечению потенциальных покупателей, поэтому в качестве своеобразной маркетинговой кампании мы выставили их по условной цене в 1 млн сумов — и за один день все эти 80 активов были проданы», — сказал Муродов.
Он отметил, что по некоторым объектам на один лот поступало более 30 заявок. При этом низкая стартовая цена не означала, что активы продавались именно за 1 млн сумов: дальше проводился обычный аукцион, где стоимость увеличивалась в зависимости от предложений участников.
В качестве примера Муродов привел объект, который пять лет назад выставлялся за 200 млн сумов. После применения предусмотренного законодательством механизма снижения стартовой цены на 90% его стоимость опустилась до 20 млн сумов, однако и по такой цене покупателя найти не удалось. При новом подходе объект выставили за 1 млн сумов и в итоге продали за 30−35 млн сумов.
«Наш шаг можно рассматривать как один из современных методов продвижения. Мы выставили его по условной цене в 1 млн сумов, а продали за 30−35 млн», — отметил глава АУГА.
По его словам, такая практика используется и в частном секторе, в частности риелторами и агентами по недвижимости. Поэтому АУГА старается применять более гибкие подходы к продаже госимущества, «не ограничиваясь исключительно привычными государственными шаблонами».
Фото: скриншот
При этом Муродов подчеркнул, что максимальная выручка от продажи не была главной целью. Основной задачей было как можно быстрее вовлечь небольшие объекты в отдаленных районах в экономический оборот. Многие из них годами стояли заброшенными.
«Поскольку это небольшие объекты в отдаленных районах, годами стоявшие заброшенными, ключевым правилом было как можно скорее вернуть их в оборот», — сказал он.
Глава АУГА также сравнил нынешний подход с ранее применявшейся практикой, когда некоторые объекты реализовывались по нулевой стоимости или за символический 1 сум. По его словам, в свое время такое решение было оправданным, однако изменение экономических условий показало необходимость другого подхода.
«Сегодня наша экономика выросла: в разы увеличился и ВВП, и масштабы предпринимательской деятельности. Этот рост продемонстрировал, что когда предприниматель покупает имущество за деньги, пусть даже небольшие, он запускает его в дело гораздо быстрее, чем когда получает даром», — отметил Муродов.
В результате некоторые объекты продавались в десятки раз дороже начальной стоимости. По словам Муродова, есть случаи, когда актив со стартовой ценой в 1 млн сумов уходил более чем за 200 млн сумов.
При этом конечной целью было не только продать сами объекты, но и добиться их дальнейшего использования. АУГА рассчитывает, что после продажи они будут возвращены в экономический оборот, будут способствовать созданию рабочих мест, производству товаров и оказанию услуг.
Ранее Spot писал, что проблемные активы снижают привлекательность госбанков для приватизации.
