В июле хокимият Ташкента вынес на общественное обсуждение проект закона о введении административной ответственности за неоплату пользования платными придорожными парковками. Документ предлагает дополнить Кодекс об административной ответственности (КоАО) новой статьей 128−11 — со штрафом до 2 БРВ (880 тыс. сумов) за неуплату или уклонение от уплаты в установленный срок. Норма не должна была коснуться льготников, имеющих право на бесплатную парковку.
Само общественное обсуждение было открыто до 28 июля, а против инициативы публично выступила Народно-демократическая партия Узбекистана (НДПУ), указавшая на гражданско-правовую природу отношений между водителем и оператором парковки.
По итогам обсуждения свои возражения по проекту представила Генеральная прокуратура — по каждому из трех ключевых пунктов законопроекта. Хокимият Ташкента как разработчик документа на каждое возражение дал официальный ответ. Spot разобрал разногласия госорганов постатейно.
Статья 125
Первым пунктом законопроекта часть шестую статьи 125 КоАО («Нарушение правил эксплуатации транспортных средств») предлагалось дополнить ответственностью за управление или размещение на платных стоянках транспортного средства с государственным номерным знаком, который этому транспортному средству не принадлежит.
Генпрокуратура сочла норму избыточной, указав, что действующие части пятой и шестой статьи 125 КоАО уже охватывают подобные ситуации — в них установлена ответственность за управление транспортом с самовольно снятыми номерами и с чужим номерным знаком.
«Ответственность, которую законопроектом предусматривается внести в часть шестую статьи 125 КоАО, уже охватывается частями пятой и шестой данной статьи. В связи с этим, ввиду отсутствия необходимости внесения изменения в часть шестую статьи 125 КоАО, считаем целесообразным исключить данный пункт из законопроекта», — подчеркнули в Генпрокуратуре.
Хокимият Ташкента с доводом не согласился, объяснив разницу в предмете регулирования: действующая норма касается движения транспорта, а поправка вводит ответственность именно за стоянку.
«Части пятая и шестая действующей статьи 125 КоАО предусматривают ответственность за управление транспортным средством с самовольно снятым государственным номерным знаком и, соответственно, с установленным государственным номерным знаком, принадлежащим другому транспортному средству, то есть подразумевается именно движение, а не стоянка. Исходя из этого, проектом предлагается установить ответственность также и за стоянку на парковочных местах со снятыми государственными номерными знаками», — отметили в хокимияте.
Это единственный из трех пунктов, где хокимият полностью отклонил замечание прокуратуры и сохранил формулировку без изменений.
Статья 128−11
Наиболее объемная и содержательная часть разногласий развернулась вокруг новой статьи 128−11, которую изначально предлагалось изложить в пяти частях: штраф в 1 БРВ за нарушение правил остановки и стоянки, включая места для инвалидов, штраф до 2 БРВ за неоплату парковки в течение 12 часов с момента выезда, штраф до 2 БРВ за стоянку с чужими или снятыми номерами, освобождение от ответственности при оплате в течение тех же 12 часов и исключение для льготников.
Возражения Генпрокуратуры затронули саму правовую природу нормы. Ведомство указало, что часть первая статьи уже охватывается действующей статьей 128−6 КоАО, а главное — настаивало, что платная парковка представляет собой услугу по договору, а спор о неоплате должен решаться в суде, а не через КоАО.
«Платные парковки — это платная услуга, оказываемая юридическим лицом гражданам, и устанавливать административную ответственность за неоплату установленной суммы за платное парковочное место или снятие автомобильного номера нецелесообразно», — подчеркнули в Генпрокуратуре.
Прокуратура подробно апеллировала к статьям 354, 367 и 369 Гражданского кодекса об оферте и свободе договора, указывая, что при размещении машины на платном месте между водителем и владельцем парковки фактически заключается устная сделка, а значит, неисполнение обязательства должно влечь гражданско-правовую, а не административную ответственность. Отдельно ведомство обратило внимание на разрыв между суммой долга и размером наказания.
«В проекте указывается, что уклонение от уплаты за пользование платными парковочными местами влечет наложение штрафа в размере до 2-х БРВ, то есть до 824 тыс. сумов. При этом, несмотря на то, что плата за пользование платными парковочными местами составляет в общей сложности 288 тыс. сумов из расчета 12 тыс. сумов за 24 часа, следует обсудить вопрос о наложении за это деяние штрафа в размере до 824 тыс. сумов. Иными словами, данный административный штраф не соответствует конституционному принципу соразмерности, а также принципам гуманизма и справедливости, закрепленным в КоАО», — говорится в замечаниях Генпрокуратуры.
Самым резким аргументом прокуратуры стало предупреждение о риске создания опасного прецедента.
«Необходимо также особо подчеркнуть, что если данный подход будет принят, в будущем станет возможным введение административной ответственности за неуплату бытовых услуг, гостиничных счетов, услуг частных клиник и многих других подобных услуг. Это подрывает всю концепцию гражданского права. С этой точки зрения проект создает опасный прецедент для правовой системы», — заключили в Генпрокуратуре.
Отмечалось также, что проект не отвечает на вопрос, кто несет ответственность за сохранность автомобиля на платной стоянке. Вывод ведомства был однозначным — исключить статью 128−11 из проекта целиком.
Хокимият не стал исключать статью, но существенно ее переписал, убрав спорные части: из пяти пунктов остался, по сути, один — в новой редакции.
«Статья 128−11. Неуплата за пользование платными парковками. Неуплата или уклонение от уплаты за пользование придорожной платной парковкой в установленный законодательством срок — влечет наложение штрафа в размере одного базового расчетного значения. Правонарушения, предусмотренные настоящей статьей, не применяются в отношении лиц, которым в соответствии с законодательством предоставлено право бесплатного или льготного пользования парковочными местами», — говорится в новой редакции проекта.
Таким образом штраф снижен вдвое — с «до 2 БРВ» до фиксированной 1 БРВ, а нормы о нарушении правил остановки и о чужих номерах на стоянке из статьи убраны, частично оставшись предметом спора уже в статье 125.
По существу правовой природы отношений хокимият с прокуратурой не согласился, опираясь на закон «О дорожном движении» и закон «Об автомобильных дорогах».
«Отсюда следует, что территория, на которой организованы придорожные платные парковки, принадлежит органам государственной власти, и органы государственной власти на основании статьи 25 Закона „О дорожном движении“ определяют правила пользования этими местами. Исходя из этого, устанавливается ответственность за неуплату за пользование придорожными парковками, организованными в местах, принадлежащих органам государственной власти», — отметили в хокимияте.
Ведомство также подчеркнуло, что закон прямо обязывает вносить плату, а не просто упоминает такую возможность.
«Кроме того, в части второй статьи 25 установлено, что плата за пользование платными парковками осуществляется в наличной или безналичной форме, с использованием платежных систем, в том числе автоматизированных, то есть плата должна быть произведена, и данная редакция не означает, что за пользование платной парковкой можно не платить», — говорится в ответе хокимията.
На аргумент об опасном прецеденте с бытовыми и гостиничными услугами хокимият ответил разграничением: в отличие от коммунальных или гостиничных платежей, обязанность платить за придорожную парковку прямо закреплена в законе, а не вытекает исключительно из устного договора. Отдельно уточнено, что норма касается только придорожных парковок без шлагбаумов — на закрытых стоянках, где неоплата технически блокируется шлагбаумом, вопрос попросту не возникает.
Статья 309−4
Новая статья 309−4 определяла порядок доказывания: материалы о нарушениях по статье 128−11 могли предоставляться через автоматические камеры фото- и видеофиксации либо самим владельцем или оператором платных парковок — на основании данных его информационной системы. Возражение Генпрокуратуры здесь оказалось не техническим, а концептуальным и касалось конфликта интересов.
«Операторы платных парковок являются лицами, заинтересованными в фиксации правонарушения, поскольку они являются стороной, получающей оплату. Наделение заинтересованного лица полномочиями по установлению факта правонарушения и формированию доказательств противоречит принципу объективности», — подчеркнули в Генпрокуратуре.
Ведомство пошло дальше, поставив под вопрос саму логику проекта.
«В целом, в проекте полномочия государства по административному принуждению используются в качестве инструмента для обеспечения экономических интересов субъектов частного предпринимательства, что противоречит правовой природе института административной ответственности. Исходя из вышеизложенного, с предлагаемым проектом выражается концептуальное несогласие», — заключили в Генпрокуратуре.
В отличие от статьи 128−11, здесь хокимият не стал искать компромисс, а полностью убрал спорную норму. Вопрос о том, кто и как будет фиксировать факт неоплаты для целей нового штрафа, в опубликованной редакции проекта, таким образом, остается открытым.
Итог
Из трех спорных пунктов хокимият Ташкента полностью согласился с прокуратурой по одному — статья 309−4 удалена, частично учел замечания по второму, ключевому — статья 128−11 переписана, штраф снижен с 2 БРВ до фиксированной 1 БРВ, спорные части исключены, и отклонил возражение по третьему, наименее значимому — статья 125 оставлена без изменений.
При этом главный содержательный спор — о том, можно ли вообще регулировать нормами КоАО отношения по договору с частным оператором парковки, — формально не разрешен: стороны остались при разных трактовках правовой природы платной парковки как «дорожного объекта» (позиция хокимията) либо как обычной гражданско-правовой услуги (позиция Генпрокуратуры и НДПУ).
Ранее Spot писал, что в автобусах Ташкента выросло число безбилетников после введения оплаты при входе.
